Навигация
Реклама
Речная экспедиция Владимир - Санкт-Петербург Путевые заметки. Часть 4

РЕЧНАЯ ЭКСПЕДИЦИЯ
"ВЛАДИМИР - САНКТ-ПЕТЕРБУРГ.
ДВА БЕРЕГА ОДНОЙ РЕКИ"


Часть 4. “Рыбинка” - великая и ужасная, айсберги, кричим “ау” по телефону, утопленник, первые потери.

На ночь встали на восточном берегу Юршинского острова напротив поселка Каменники. У берега огромные отмели. Судя по состоянию береговой полосы, вода в водохранилище стоит, как минимум, на метр ниже обычного (позже мы узнаем, что "Рыбинка" этой весной действительно не наполнилась до нормального подпорного уровня). Только с третьей попытки, ползя буквально днищем по песку, удалось уткнуть нос катера в земную твердь.

Мужики на стоянке в Рыбинске, живописуя красоты острова, сравнивали его с прибалтийской Клайпедой, мол, будет вам там и песочек с камнями, и сосны, и безбрежная водная гладь. В Клайпеде я не бывал, но не уверен, что там водится такое же количество мусора как на Юршинском. Берег и прибрежный лес в месте, где мы причалили, были буквально покрыты ровным слоем банок, бутылок, всевозможных тряпок и прочей дряни. Я поначалу попытался закопать ближайшую к катеру кучу дерьма, но, оглянувшись вокруг, понял, что копать придется до осени.

Несмотря на продолжающие поступать к нам благоприятные прогнозы, вид неба не обещает ничего хорошего. Решаем встать с рассветом, запросить погоду и тогда уже принимать решение, идти через водохранилище или подождать еще денек.

Из дневника рулевого: "18 мая (Рыбинское водохранилище).
В три мы не встали. Проснулись, посмотрели в окно - темень, решили подождать часик. Но Николаич, уже заработавший ранним подъемом законный коньяк, как мы его не убеждали, что для перехода еще темно, спать нам так и не дал. Наконец капитан не выдержал, поднялся и вызвал на связь проходившее невдалеке судно. Узнав от них, что в "рыбинке" ожидается ветер до 10 м/с, вовсе отменил переход и отправил команду спать дальше.

Я, кажется, основательно простудился и весь день провел в каюте под одеялом в состоянии полудремы. Остальные члены команды полдня занимались уборкой катера. Капитан привел в порядок бортовой журнал. Сходили в деревню за водой. Обед. После полудня связались с шедшим в Рыбинск "грузовиком": ветер около 5 м/с, волна 0,7 м. Но выходить уже поздновато. Решили дождаться утра. Для верности позвонили другу во Владимир. По его словам, прогноз на Рыбинск и Череповец в Интернете очень благоприятный: ветер 1-3 м/с южных направлений. Решили, что рано утром и пойдем, если прогноз оправдается.

К четырем часам погода испортилась: небо затянуло и пошел небольшой дождичек. Костя и Дима, чтобы убить время, а заодно посмотреть, что творится в открытой части "Рыбинки" решили прогуляться на противоположную часть острова. Петр Петрович вновь попытался удивить нас огромной рыбой, но, увы, кроме мелочи, которая сойдет лишь на наживку, ничего так и не поймал. Странно, качка попала. Причем не только от постоянно шарахающегося по бортам народа, но и от проходящих мимо судов. Просмотрели! Вода ушла и катер плотно сидит на мели".


Ушедшая сантиметров на 7-8 вода сулила благоприятный прогноз, ибо уйти она могла только по одной причине - ветер, дувший до сих пор с северо-запада, поменял направление и задул с юга (согнав воду). Дождь прекратился и над Каменниками повисла сочная радуга - еще один добрый знак! Решаю перебазироваться на ночь на северо-восточную часть острова. Здесь мы не будем прикрыты берегом и сможем точнее оценить перемены погоды, но в то же время от возможного наката с водохранилища нас прикроет серповидная каменная коса. Минут 10 стаскиваем катер с песка, и утопив с кринолина ведро (традиция у нас такая...), отходим. Увы, то, что с берега казалось уютной бухточкой, с воды обернулось огромным полем камней. На ходу меняю решение и правлю в сторону метеостанции что на самом мысу Каменниковского полуострова. Друзья на "большой земле" продолжают снабжать нас по телефону позитивными прогнозами. Похоже, в затянувшейся непогоде действительно зреет "окно" и нам удастся проскочить в Череповец. Выйдя на открытую воду, вижу, что ветер на самом деле сменился и за те три часа, пока мы гуляли по Юршинскому, успел сбить волну. Закат, правда, не идеальный, но все же лучше, чем был всю предыдущую неделю.Решаю переночевать на якоре (к полуострову не подойти - мелко и сплошные камни), чтобы рано утром, не тратя времени на отход от острова, устремиться на север. Команда явно не в восторге от ночевки ввиду открытой части грозного для нашей посудины водохранилища. За ужином впервые никто не вспоминает про "апельсиновку". Напрасно! Дернули бы грамм по 100, не лезли бы в голову всякие мешающие сну мысли…

Из дневника рулевого: "Минут через двадцать к нам подлетела моторка и, ткнувшись в борт, встала. Двое ее пассажиров, представившись рыбинспекцией, попросили разъяснить, что такие браконьеры как мы делают на их территории. Николаич, в свою очередь, поинтересовался, с каких это пор рыбинспекция разъезжает на частных посудинах? Ответа не последовало, пробурчав что-то про туристов, которым делать нечего, лодка завелась и полетела прочь (по GPS!). Видимо мы встали на месте, где у этих шуриков сети стоят. Опасаясь за их судьбу, хозяева и наведались к нам.

Поднялся ветерок. Капитан все оставшееся до отбоя время косился на "Рыбинку" и нервно отбуркивался, переживая из-за погоды".


К счастью, поднявшийся было ветерок оказался обычным вечерним бризом и к ночи затих. Продолжала накатывать лишь легкая зыбь. Легли спать, но сна как не бывало. В мозгу вереницей кружатся одни и те же мысли. Вправе ли я тащить еще пять человек на типично речном катере в столь серьезный водоем? Все ли я учел? Не подведет ли двигатель? (Резервного у нас так и нет - обещания дамы из "МТС" обещаниями и остались.) Не слишком ли самонадеянно идти в "Рыбинку" с "двухкилометровкой" если тут даже браконьеры с GPS-ом плавают? Исправен ли спасательный плот, испробовать который ранее не было возможности? И т.д., и т.п.

Из дневника рулевого: "19 мая (Переход через "Рыбинку"). В три утра пропищал будильник, но темнота не позволила разглядеть буи судового хода. Решили подождать рассвета. Спустя час стало светать и мы решили - пора! Сразу же подняли якорь и двинулись в путь. Завтрак и все прочее на ходу. Встав к штурвалу, я направил катер к первому видневшемуся вдалеке полосатому бую. От него к следующему и далее. Четвертый буй вдруг стал красным, а следующего не видно даже в бинокль. Вероятно, мы идем не по своему судовому ходу, поскольку он все более уходит к востоку, а нам надо на север. Решаем отвернуть немного севернее и попытаться определиться если не по буям, то хотя бы по дымам от идущих тут где-то поблизости судов. Как назло, вошли в облако легкого тумана. Откуда он только взялся? Видимость сократилась до километра, но глубина вполне достаточная… идем дальше. Минут сорок спустя, капитан, осматривая в очередной раз горизонт в бинокль, вскрикнул: "Корабль, "пассажир" справа по борту, без огней!" Слава Богу, определились! Но странно, почему без огней? Мне разглядывать окрестности было некогда, в тумане топляки, куски торфа и прочий древесный мусор появлялись неожиданно и приходилось то и дело крутить штурвал. Подошли ближе. Повнимательнее изучив "судно", капитан пробормотал что-то про "то ли остров, то ли катер" и вдруг вскрикнул от удивления и стал меня тормошить: "Это айсберг, самый настоящий, огромный кусок льда! Посмотри!" Лед на воде в мае?! Невероятно! Я посмотрел в бинокль и действительно - плывет глыба белого льда метра 2 на 3 размером, да еще чайки на ней, как пингвины, устроили посиделки. Жаль далеко, сфотографировать не удалось. Позже мы встретили еще несколько "айсбергов" меньшего размера. Теперь понятно происхождение этого облака тумана!

Часам к 9 туман стал рассеиваться. Вскоре капитану удалось разглядеть в бинокль буй. Он казался маленькой черной точкой на линии горизонта. Естественно, поправили курс и пошли к нему. Спустя часа полтора видим: огромный черный буй с номером 13, но рядом, даже в бинокль, не видно ни одного его "товарища". Что бы это значило? Где мы? Вышли ли на судовой ход? Капитан звонит в Москву Евгению Матрозову, но у того тоже нет атласа и сказать что-то определенное о нашем местоположении по номеру буя он не может. Очевидно лишь то, что мы сильно уклонилось от маршрута в сторону Пошехонья".


А ведь накануне Матрозов специально обращал мое внимание на то, что возле Юршинского острова начинаются несколько судовых ходов! Невнимательность плюс отсутствие должного опыта и вот результат. Знать бы заранее, что судовой ход в Череповец помечен не сигарообразными, а цилиндрическими буями, глядишь, не сбились бы с пути и не потеряли бы на этом время (по моим подсчетам, "крюк" в Пошехонье стоил нам лишних 40-50 минут спокойной погоды, которые очень нужны были на финише). Многое решил бы GPS. В таких ситуациях особенно понимаешь, что эта штука не роскошь, а средство, обеспечивающее безопасное передвижение. С Джи-Пи-Эсом у нас вышел конфуз. За месяц до старта мне позвонил директор одной из владимирских фирм и предложил GPS в комплекте с электронными картами. Единственной проблемой было отсутствие у экспедиции ноутбука, на который эти самые карты следовало установить. "Ноутбук для меня не проблема, - заверил директор, - к старту у вас все будет!" На том и порешили: фирма передает нам подготовленный навигационный комплект, мы включаем фирму в список спонсоров. Видимо, за истекший месяц дела у наших новых знакомых пошли из рук вон плохо. Никаких вестей от них мы так и не дождались.

Однако, если бы да кабы, но выпутываться нам надо исходя из имеющихся возможностей. Поворачивать на запад в поисках судового хода - потерять еще, как минимум, часа полтора-два. Женя советует продолжать идти на север, держа на горизонте правый по ходу берег, что мы и делаем. В конце концов, до сих пор, пока шли вне судового хода, никаких затопленных лесов, колоколен, каменных гряд и мелей (которыми нас пугали) мы не встретили. Будем надеяться, не встретим и далее...

В одиннадцатом часу справа показалась какая-то полоска земли. Изучаю карту, подсчитываю сколько примерно километров мы уже отмахали и прихожу к выводу, что землей может быть только безымянный остров напротив деревни Бабино. Об этом же свидетельствует и эхолот, подтверждающий наличие указанных на карте 5-метровых глубин. Ура! Наконец-то наше местоположение известно с точностью до километра. Остров у деревни Бабино на траверзе правого борта означает, что мы практически прошли самую широкую часть водохранилища (~ 60 км) и вскоре должен показаться судовой ход и открыться левый по ходу берег. Так и есть, слева сквозь дымку проглядывает полоска земли, а вот и долгожданный осевой буй! Теперь бы только погода не подвела, но вот именно это и не гарантируется! Едва заметный южный ветерок поднялся около 8-9 часов, а к моменту выхода к острову на флагштоке уже вовсю трепетали флаги. Не сказать, что ветер сильный, но он дует нам точно в корму, а значит волне есть где разгуляться - все 150 километров открытой рыбинской воды с юга на север в ее полном распоряжении. На подходе к Мяксе мы обгоняли уже примерно полуметровую волну, а ветер продолжал потихоньку раздувать. В животе возник неприятный холодок. Хорошо хоть на горизонте появились разноцветные череповецкие дымы. Не думаю, что в любой другой ситуации подобное зрелище вдохновило бы меня, но сейчас! Сейчас дымы - это скорый конец нервотрепки, обед и честно заработанные 100 грамм.

Из дневника рулевого: "В районе Мяксы "Метеор"нас догнал "Метеор" - первое и единственное судно, которое мы встретили за весь день на Рыбинке. Связались с ним по рации, спросили далеко ли до Череповца и какая ожидается погода. С "Метеора" ответили, что осталось километров 60, погода по их данным ухудшаться больше не будет - волна ожидается около метра. Последнее нас совсем не порадовало. Волна к этому времени стала нас обгонять, выросла уже точно до 0,7-0,8 метров и стала ощущаться качка. Дело в том, что после Мяксы судовой ход отклоняется от северного направления и чтобы ему следовать, приходится идти под углом к волнам. Большинство из них для нас пока терпимы, но примерно за каждой третьей-четвертой обыкновенными волнами накатывают одна или две ненормально высоких. Им приходится подставлять корму, ибо в противном случае катер начинает угрожающе раскачиваться. Так и виляли мы почти четыре часа подряд…

Незабываемые впечатления оставили такие маневры. Когда очередная крупная волна накатывает и замечаешь ее боковым зрением, решаешь: "пора". Резко кладешь штурвал на борт и катер сначала заметно ускоряется, толкаемый набегающей с кормы волной, а затем замирает, втыкаясь в передний вал. Нос повисает в воздухе, и ты видишь, что перед тобой метровая впадина. Затем, когда волна постепенно обгоняет катер, нос начинает опускаться, катер вновь резко ускоряется и вода справа и слева вскипает".


Наблюдать волны боковым зрением Андрею приходилось потому, что в районе Мяксы количество плавающих палок, бревен и обрывков сетей удвоилось (а через месяц на обратном пути мы встретим лишь один-единственный топляк!). Из-за волнения видно все это добро только в последний момент, когда на маневр остаются считанные секунды. Андрей довольно резво крутит штурвалом вправо-влево и вдруг в какой-то момент издает леденящий душу вопль. На лице - неподдельный испуг. Говорит, что видел утопленника, точнее человеческую руку, мелькнувшую в тоще воды во впадине между волнами. Выскакиваю наружу, но, сколько не вглядываюсь, человека не вижу. По крайней мере, живого... Команда тоже ничего не заметила. Честно говоря, самому жутко, но бодрым, насколько возможно, голосом советую Андрюхе не забивать себе голову и заняться рулением - волна уже такая, что нам самим бы не сыграть в ящик!

Из дневника рулевого: "Спустя полтора часа после встречи с "Метеором" волна достигла обещанного метра, а ветер и не собирался стихать. На подходе к островам Каргач катер уже бросает из стороны в сторону, стоит мне чуть-чуть зазеваться с очередным поворотом. У штурвала я стою уже часов семь. Все затекает, мышцы плеч, спины и ног начинают болеть. Капитан решил не менять меня у штурвала, т.к. я уже "прирулился", прочувствовал катер и волну, а ему придется привыкать - это сейчас уже опасно. Была надежда, что острова немного прикроют нас от ветра, но вскоре стало ясно, что так просто мы не отделаемся. Далее судовой ход уходил вправо".

К этому моменту острота впечатлений явно превысила разумные пределы. Белые барашки шипели и справа, и слева, и сзади, и спереди. Ненормальные волны давно выросли выше обещанного "Метеором" метра. Следовать судовым ходом "на раз-два-три" становилось все труднее ("раз-два-три" - это когда две волны принимаешь немного с борта, а третью и четвертую - строго с кормы; в противном случае уже третья волна угрожающе раскачивает катер). Стало ясно, что затяжной поворот так просто нам не дастся. Решение приходит само собой - разворачиваться на 160 градусов и драпать под прикрытие берега (в протоку между коренным берегом и большим островом в устье Шексны). Лучше немного поскакать против волны, чем кильнуться, подставляя ей борт.

Первая попытка не удалась. Неудачно выбрали момент и попали под очередную высокую волну. По рубке полетели легкие и не очень предметы. Влетел и Николаич с криком "Что вы делаете?!", но на дискуссии с ним времени нет, и Андрей вторично кладет штурвал на борт.

Из дневника рулевого: "Первая встречная волна поднимает катер. Интервал между волнами небольшой, катер не успевает плавно опуститься и мы со страшным глухим звуком бьемся о следующую волну чуть ли не серединой днища (а оно у нас плоское!). В каюте летают уже не только мелкие вещи, но и одежда, сумки, падает фотоаппарат и камера, по полу катаются кружки. В очередную более высокую волну катер врезается уже без удара - он просто зарывается в нее носом. Кипящая вода полностью закрывает стекла рубки. Когда " выныриваем", вижу, что нет левого номера - оторвало (а ведь на Юршинском мы укрепили их дополнительными шурупами!). На следующей волне повторяется та же ситуация и мы не досчитываемся правого номера. "Фигня", - кричит капитан,- идем дальше!"
Какие-то десять минут скачки показались часом. Спустя несколько минут пришло какое-то успокоение. О волны бьет как о бетон, но берег виден и волны там впереди значительно меньше...

Вскоре качка стала ослабевать, удары о днище прекратились. А еще через несколько минут мы пристали к берегу. Ура! Переход занял ровно 10 часов! Чтобы успокоится, накатили по "Там100 г (больше, гораздо больше! - К.К.) и принялись чистить перышки: убрались в каюте и на палубе, вытерли пролитый кофе и даже нашли левый номер (оказалось, что он раскололся, но чудом удержался на одном шурупчике). Так что из потерь- только кусок пластика. Итого, в жертву "Рыбинке" принесены кусок пластика и ведро. По одному предмету на 80 км - весьма экономный расход! (Нам есть с чем сравнивать…)"


Когда мы вписались в первую встречную волну, пришлось убраться внутрь рубки и закрыть боковые дверцы (до сего момента я сидел в проеме, бдя за обстановкой). Ловлю себя на том, что все время перехода через водохранилище непроизвольно поглаживал борт, мысленно умоляя мотор не заглохнуть, редуктор - не сломаться, винт - обойти стороной обрывки сетей и палки. Помогло…

Те, кто наблюдал за маневром из кокпита и с кормы, утверждают, что на свежем воздухе наша акробатика смотрелась не так уж и страшно. О непоколебимом моральном духе команды косвенно свидетельствовала и нетронутая шнуровка спасательной лодки

Теперь, когда эмоции улеглись, понимаю, что ничего особенного с нами на "Рыбинке" не случилось, что для огромного водохранилища все это не более чем легкое волнение, обычное явление, просто наша посудина даже на такую "рутину" не рассчитана. Маленькая осадка (40 см), крайне небольшая ширина корпуса (1,85 м) при полном отсутствии развала бортов, и высокая рубка (2 м) делают ее типично речным судном. Впрочем, волну с кормы "Не Валяй" принимал достойно, да и кратковременные скачки ему, оказывается, не противопоказаны!

Переведя дух, двинулись по Шексне в Череповец. Такого количества буев, вешек и береговых знаков мы еще не видели! Плюс движение как на Садовом кольце. Снуют "Ярославцы", летает "Заря", "пассажиры" и "грузовики" во всех направлениях, огромный танкер вписывается в повороты только с помощью буксира, бодающего его в бок. Минут через 30 подходим к устью Ягорбы (правый приток Шексны, текущий через центр города). Молодежная часть команды замечталась было о дискотеке или, на худой конец, завалящем ночном клубе, но эйфория потихоньку уходит и по общему согласию визит в город сегодня отменяется. Встаем на якорь в Шексне чуть выше устья Ягорбы. К берегу не подойти - мелко, но нам это на руку (можно спать спокойно, никто не раздавит).

Константин Колесов.
Октябрь 2003


TEXT +   TEXT -   Печать Опубликовано : 11 января 2007 | Просмотров : 5280

Top.Mail.Ru
© 2024 Клуб водномоторников BOATCLUB.RU